№ 2
20.01.2010

Наши издания
Наши Партнеры
 
в № 2 от 20.01.2010
Выскажите свое мнение! Версия для печати Информация об авторе

Французское с нижегородским

2010 год объявлен Годом Франции в России и Годом России - во Франции. А накануне, в декабре, заведующая кафедрой теории и практики французского языка и перевода НГЛУ им. Добролюбова, доктор наук, вице-президент административного совета французского центра образования и культуры "Альянс Франсез - Нижний Новгород" Елена ПОРШНЕВА стала кавалером очень почетной французской награды - Ордена Академических пальм. Так Французская Республика отметила вклад Елены Рафаэльевны в развитие культурных образовательных связей наших двух стран.


— Я очень горда — этот орден, который вручают за интеллектуальный вклад, был учрежден Наполеоном в 1808 году и с тех пор не менялся, среди награжденных им есть знаменитые деятели культуры и науки, способствующие распространению французской культуры (режиссер Анатолий Васильев, например), — говорит Елена Поршнева. — У ордена три степени — кавалер, офицер и командор.
Вместе со мной из рук посла эту награду получили профессор НГЛУ Зоя Ивановна Кирнозе — она офицер, еще два кавалера — Татьяна Петровна Понятина, директор Регионального центра французского языка, и Татьяна Анатольевна Гладкова, завуч дзержинской школы № 22. К слову, президент административного совета “Альянс Франсез — Нижний Новгород” Ольга Николаевна Томина — тоже кавалер этого ордена.

— Ваша любовь, даже страсть, к французскому — это из детства?
— В школе я изучала немецкий язык, даже занималась дополнительно с учительницей, а французский мне ужасно нравился своим звучанием. У нас дома сохранились бабушкины гимназические французские учебники, и там я нашла фразу, которая меня заинтриговала: “Дайте мне, пожалуйста, каштаны в сахаре”. Как это каштаны в сахаре? [Donnez-moi, s’il vous plaTt, les marrons glacJs]. А когда я начала изучать французский язык, то очень нравилось одно современное слово, необыкновенно красивое — “аспиратер” [aspirateur]. У французов эта “красота” вызывает улыбку — это всего лишь пылесос. Так, завороженная музыкой языка поступила в наш иняз.

— Говорят, что русский язык достаточно сложно выучить иностранцам, а французский русскому выучить легко?

— Мне кажется, очень легко. Нужно только пополоскать рот, чтобы научиться произносить грассированное “р”, попробовать произнести несколько гласных чуть-чуть в нос, ставить ударение на последний слог и улыбаться при произнесении фразы. Получается прекрасное произношение. А дальше — две тысячи французских слов вы уже знаете, они давно вошли в русский язык. Правда, бывают и казусы. Наш язык порой как-то странно адаптировал французские слова. Например, “батон” — это “палка”. Когда французам говорят: “мы вас приглашаем на фуршет”, те не понимают, о чем речь, потому что “фуршет” — это “вилка”. И наш фуршет по-французски совсем другое слово — оно по-русски звучит “буфет”. А “винегрет” на французском означает “уксусный соус”, “лимон”, “болотная тина” и т.п.

Когда я начала учиться в институте, мне очень хотелось сразу говорить по-французски, но все шло по учебному плану — сначала алфавит, звуки, учебные тексты, потом первая басня Лафонтена “Стрекоза и муравей”. И как-то мы с подругой Наташей, чтобы произвести впечатление на студентов соседнего политехнического института, завели что-то вроде разговора по-французски: я — кусок басни, она — кусок басни. Мальчики были потрясены, я таким образом завоевала сердце своего будущего мужа. Но один из студентов раскрыл наш обман, спросив на блестящем французском: “Что это вы басню рассказываете?”. И представьте себе, этот мальчик оказался из Шатков. Просто ему в школе преподавал французский язык Глеб Васильевич Ратинский, француз по происхождению, которого после окончания нашего института послали в этот райцентр работать в школу. Г.В. Ратинский — к сожалению, его уже нет с нами, — был потрясающим преподавателем и подвижником языка, и вся шатковская школа свободно говорила по-французски. Потом он стал преподавать на факультете французского языка, защитил кандидатскую диссертацию и был награжден Орденом Академических пальм.

— Сейчас вы знаете Францию, что называется, вдоль и поперек, а помните ли свои впечатления от первой поездки?
— Конечно, помню, хотя это было давно, в 1966 году. Нас, пятнадцать студенток из разных вузов Советского Союза, долго готовили к стажировке в Сорбонне: проводили беседы о том, как мы должны противостоять пропаганде капиталистического образа жизни, возможным провокациям, объясняли, что советский человек не должен появляться на улицах Сен Дени и Пляс Пигаль (мы и не подозревали об их существовании), и рекомендовали поменьше общаться с французами. Поэтому когда в парижском отеле, где нас поселили, мы увидели на стене маленькую черную коробочку, то решили, что это микрофон — чтобы нас прослушивать. И мы начали кричать в него: “Мы против капитализма, мы за коммунизм!”. Оказалось, это был звонок-домофон.

А еще нам надо было обязательно посетить в Париже четыре достопримечательности — собор Парижской Богоматери, Лувр, Эйфелеву башню и музей Ленина на улице Мари Роз. Об этом музее никто из французских преподавателей никогда не слышал. Музей мы едва нашли с помощью старого француза-коммуниста. Это была маленькая пустая квартирка в большом доме, и там нас более всего поразили выставленные в витринах книги, которые Ленин брал из национальной библиотеки: на полях они были сплошь исчерканы словами типа “сволочь!” — мы и не подозревали, что вождь мог использовать такую лексику. В то время это было большим потрясением.

— А язык, на котором говорили парижане, понимали?
— Проблемы были. Это сейчас наши студенты осваиваются быстро, потому что изучают относительно современный язык. А мы учили наизусть из Бальзака, Гюго, Додэ. Когда на улице я попросила пожилого господина показать мне дорогу, то так изысканно завернула заученную фразу, что он восхитился: “Какой язык, как вы говорите!”. Увы, ничего из его объяснений я не поняла, пришлось обратиться к языку жестов.

Теперь я знаю, что учебники и словари отстают обычно лет на тридцать. Нельзя обучать разговорной речи по образцам письменной — это разные виды. Когда к нам приезжают французы, изучающие русский, они тоже часто говорят на языке Достоевского. К одному из них мы постучались в дверь и услышали в ответ: “Подождите, я обнажаюсь” — вместо “переодеваюсь”.

— Но сейчас-то у студентов нашего лингвистического университета есть возможность слышать “свежий” язык?
— Конечно, времена изменились. У нас на кафедре постоянно стажеры-французы, поэтому студенты слышат современную речь. Я использую любую возможность приглашать на уроки носителей языка. Но хочу сказать: французы очень традиционны, они бережно сохраняют свою историю, традиции, все до мелочей, это отражается и в орфографии.

— Еще полтора века назад главным мировым языком был французский. Почему сегодня эту роль выполняет английский?
— Исторически так сложилось, что про английский язык в шутку говорили, что это плохо произносимый французский. В нем около 80% заимствований из французского. Теперь наоборот. А почему он стал международным? Видимо, его легко упрощать. Первый “базовый английский” насчитывал восемьсот слов и был разработан для индийской армии, чтобы она понимала команды английских офицеров. Казалось, этих слов достаточно, чтобы говорить по-английски. И это стало катастрофой для английского языка — он очень пострадал, когда стал глобальным. Базовый английский — это где-то тысяча слов, а базовый французский — три тысячи. Кстати, базовый русский насчитывает 4 тысячи слов.

— Но в наших школах французский учат все реже.
— В начале девяностых годов французский наряду с английским и немецким был почти во всех школах. Мы тогда совместно с посольством Франции разработали учебник, даже в 40-м физико-математическом лицее изучали французский как второй. Сейчас почему-то думают, что нужен только английский. Хотя французы очень открыты, у них много стажировок — как образовательных, так и специальных (на предприятиях, в научных лабораториях, клиниках). Наука там развивается интенсивно. Обучение во французских университетах намного дешевле, чем в Великобритании. Владение двумя иностранными языками намного расширяет возможности человека.

“Альянс Франсез” предоставляет очень хорошие возможности — это и стажировки, и курсы, и фестивали современного французского кино, песни школьных театров, это ежегодные Недели франкофонии... Преподаватель иностранного должен как-то вращаться в среде языка, выезжать в страну. Учителям в этом отношении очень трудно. И в Год Франции в России очень многое запланировано — в Нижний приедут 12 современных французских писателей, пройдет большой семинар переводчиков, Всероссийский конкурс французской песни, театральный конкурс на французском языке, конкурс фотографий “Моя Франция”. У нас действует ассоциация преподавателей французского языка, которая помогает учителям поддерживать уровень. Мы хотим во время Недели франкофонии — она выпадает на школьные весенние каникулы — провести такие французско-нижегородские посиделки, дружеские встречи преподавателей французского языка с франкоязычными гостями Нижнего Новгорода. А для развития позитивного имиджа Нижегородской области во Франции провести среди школьников областной конкурс-фестиваль “Образ родного края на русском платке”, конкурс “Школы гидов” на лучшее представление туристического маршрута по Нижнему Новгороду и области, конкурс для студентов, изучающих французский язык, на лучшую слайд-презентацию “Знакомьтесь: моя Россия”.

— Елена Рафаэльевна, а в чем вы видите хрестоматийное смешение французского с нижегородским?
— Я нашла очень забавное толкование этой фразы: это совсем не в языке проявлялось, а в том, что нижегородские купцы смешивали французское шампанское с нашим квасом, и получалась такая жуткая смесь. А вообще в Нижнем много “французских следов”. Участие нижегородского ополчения в войне с Наполеоном. Знаменитый инженер Августин Бетанкур, испанец французского происхождения, и Огюст Монферран, знаменитый французский архитектор, проектировали Нижегородскую ярмарку. Александр Дюма посвятил приключениям знаменитого жителя нашего города, декабриста И.А. Анненкова, и его жены, француженки Полины Гебль, роман “Учитель фехтования”. Приезжал к нам Теофиль Готье, литератор-романтик, восторженно описавший панораму, которая открывается с Откоса. Вы удивитесь, но ходил прямой поезд “Нижний Новгород — Париж”, билет стоил семь золотых рублей — это было во время ярмарки, до революции. У нас в Нижнем есть потрясающая библиотека французской литературы XVIII века, я ее обнаружила, когда писала первую диссертацию. У нас в художественном музее великолепная коллекция французской живописи...

— А в каком российском вузе лучше всего учат французскому?

— В советские времена лучшими называли МГПИИЯ (сейчас это МГЛУ), Московский институт военных переводчиков, наш Горьковский иняз и Минский институт иностранных языков. Мы так в тройке лучших и держимся, особенно переводческий факультет...

В эфире радио “Образ” беседовали
Ирина ПАНЧЕНКО и Злата МЕДУШЕВСКАЯ
Фото Вячеслава СЕННИКОВА
"Биржа плюс Карьера" № 2
от 20 января 2010 г.

Рейтинг статьи: (голосов 4)

Оцените статью: 5 4 3 2 1

Текст прочитан 9157 раз.


МНЕНИЕ ЧИТАТЕЛЯ
Выразить мнение
Имя*:
E-mail:
Комментарий*:

Введите цифровой код безопасности (Обновить код)
Дорогие читатели, огромная просьба - соблюдайте чистоту и порядок в общении друг с другом!
Статистика
Яндекс цитирования NN counter top100 Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru
Архив №1
с 7 ноября 2005
Архив №2
ЛогинПароль

Вход


© 1997 — 2011 ООО "Издательство "Биржа"

При любом использовании материалов сайта активная ссылка на сайт обязательна.